Сергей Орлов (sergey_orlov) wrote,
Сергей Орлов
sergey_orlov

Categories:

90 лет назад в Уфу вступила Белая армия адмирала Колчака

13 марта 1919 года, на десятый день мощного контрнаступления по всему Восточному фронту, в Уфу вошла Белая армия. В результате блестящего маневра генерала Ханжина, прорвавшего накануне фронт в районе Бирска, занимавшая Уфу 5-ая армия большевиков оказалась под угрозой окружения.

Устремившиеся в прорыв белые части двигались ускоренным темпом по линии Бирск — станция Чишмы, с целью отрезать красным путь к отступлению на запад по железной дороге.

О неудержимом приближении белых войск в Уфе стало известно 10 марта. Первым город покинул политотдел красной армии во главе с командармом Блюмбергом, способствовав, тем самым, возникновению паники и хаоса. Вот запись того времени из дневника уфимца А. Борецкого: «С раннего утра красноармейские части, пешие и конные, проходят через город, утекая от белых. Последние ночи перед бегством они провели в пьянстве, в оргиях, грабежах и разбоях. Сегодня ночью группа красноармейцев силою вломилась в гостиницу «Россия» и требовала выдать им горничных».

13 марта, когда улицы ведущие к оренбургской переправе были запружены обозами красных, в 12 часов дня в Уфу со стороны Черниковки вошли передовые роты 43 полка Уральской стрелковой дивизии белой армии. «Население Уфы сначала не верившее своим глазам, что пришли избавители, боявшееся провокации, робко выглядывало на улицу, но когда узнали подполковника Якушева — уфимца, на улице быстро образовалась громадная толпа. Описать радость и восторг этой толпы, избавленной от дикого зверства красных, нельзя» (Вестник Приуралья, 6 апреля 1919 г.)

Вскоре по поручению правительства Верховного главнокомандующего (А. Колчака) были собраны показания уфимцев о красном терроре, вот фрагменты некоторых из них записанные помощником начальника уфимской городской милиции Некрасовым:

1. Дворники дома Хакимова по Александровской улице, № 15, (сейчас К. Маркса — С.О.) где находилось Комендантское Управление показали: с января по 12 марта здесь было расстреляно до 200 человек, расстреливали группами по 3−5 человек. Расстреливали в упор, в головы, так что головы несчастных жертв обращались в бесформенные массы.

2. При осмотре дома Манаева на Пушкинской улице (сейчас Пушкина), где помещалось Отделение «Чрезвычайки», в одной из комнат был обнаружен шкаф, в котором производились расстрелы арестованных. По рассказам служащих, у Манаева расстреливали таким образом: в шкафу, на находящуюся в нем перекладину вешали осужденных за руки, шкаф запирали, и сквозь стену, у которой он стоял, производились выстрелы. В дровянике при доме, где большевики также расстреливали, на противоположной от входа стене видны следы от пуль, основание стены и земля обагрены кровью жертв.

3. Расстрел Баси Яковлевны Абадовской, 60 лет. Опрошенная по этому делу дочь убитой Софья Иосифовна Саражинская, проживавшая в г. Уфе по Вавиловской (сейчас Зенцова) улице, в доме № 53, показала: 11 марта в квартиру Абадовской явились 4 вооруженных красноармейца и, арестовав ее без всякого объяснения, увезли неизвестно куда. Несмотря на мои двухдневные розыски и расспросы, найти ее нигде не удалось, и только на 3-й день она отыскала ее труп в трупном отделении. При осмотре трупа в шее найдены 2 револьверные пули.

4. Расстрел Елизаветы Яковлевны Шаровкиной, 40 лет, вдовы офицера, погибшего в начале Германской войны. Опрошенная по этому делу Варвара Васильевна Суздальская, проживающая в г. Уфа по Пушкинской улице в доме № 74, показала: Шаровкина была арестована 12 марта, в 1 час дня, по обвинению в шпионаже, сожительницей помощника начальника большевицкого комитета Никитина Дорой и красноармейцем. По дороге в «Чрезвычайку» арестованную били прикладами за то, что последняя медленно шла. Вечером в 11 часов того же дня Шаровкина была расстреляна. Затем Суздальская видела уже труп расстрелянной Шаровкиной: голова была вся размозжена, мозги вывалились, один глаз выпал.

5. Расстрел Александра Ильича Пунтакова, 17 лет, воспитанника 3-го класса Торговой школы. Опрошенный по этому делу Федор Архипович Батыгин показал: Пунтаков был арестован в 11 часов утра 11 марта тремя красноармейцами по обвинению в шпионаже и отведен в комендантское управление, где и содержался до расстрела. Свидания с арестованным допускались. Расстрелян он был в ночь на 13 марта. Далее Батыгин видел только уже изуродованный труп Пунтакова: четырьмя выстрелами (на шапке убитого — 4 отверстия от пуль) у него была снесена верхняя часть черепа, на теле оказались 8 штыковых ран и 1 — огнестрельная.

6. Расстрел Дмитрия Николаевича Блохина, 16 лет, воспитанника 6-го класса Реального училища. Опрошенная по этому делу мать убитого, Евгения Францевна Блохина, проживающая в г. Уфа по Губернаторской улице (сейчас Советская) в доме № 17, показала: 2 января 1919 г. к ней на квартиру, где она жила с сыном Дмитрием, явились вооруженные красноармейцы с обыском, говоря, что у них в квартире хранится оружие и даже находится тайный штаб правительственных (белых) войск. Хотя обыск не дал никаких результатов, однако ее сыну сказали, что за ним будут следить и если что-либо будет с их точки зрения замечено предосудительное, то его расстреляют. Если же он скроется, то расстреляют его мать. Для наблюдения за Блохиным к нему на квартиру был помещен Александр Казан и Евгения Рискина. В 3 часа ночи на 10 марта Блохин был арестован по доносу Рискиной «за выражение радости по поводу ухода красных», а в 10 часов вечера того же дня он был расстрелян. Несмотря на непрерывные розыски и расспросы, труп Блохина был найден его матерью только на 17-й день, 27 марта, в трупной. Труп был обезображен: на груди — огромная рана от разрывной пули, голова проткнута штыками и разрублена шашкой; вся одежда с него была снята, деньги и серебряный портсигар у него пропали.

7. Истязания Наума Саражинского, 12 лет, воспитанника 2-го класса Коммерческого училища. Опрошенный по этому поводу отец мальчика, Григорий Михайлович Саражинский, проживающий в г. Уфа по Вавиловской улице (сейчас Зенцова) в доме № 70, показал: 4 января в его квартиру ворвались 5 вооруженных красноармейцев и под угрозой расстрела стали забирать ценные вещи, которых похитили на 6 тысяч рублей. Затем красноармейцы спросили у бывшего в это время дома Наума Саражинского о том, где находятся родители и брат, доброволец правительственных (белых) войск. За отказ указать местопребывание родителей и брата ему грозили расстрелом, приставляли к виску револьвер и т.п. Последствием угроз были заболевание и смерть мальчика.

Через три месяца, 9 июня 1919 года, Красная армия вернется. До сего времени эту дату принято называть «освобождением Уфы».

Сергей Орлов, по материалам книг (Балмасов. Красный террор на востоке России. Синенко. Город над Белой рекой)
Tags: Колчак, Уфа, красный террор
Subscribe

  • Новая "Старая Уфа"

    Время идет, и вот уже фото Уфы середины 20 века изданы в альбоме “Старая Уфа”. Выбрал, на мой взгляд, самые интересные. Почувствуйте…

  • Такая разная Уфа

    Почти одновременно я услышал две новые песни посвященных Уфе. Музыкант Илья Метлин восхищается Уфой: На карту взгляни - там жемчужина в сердце…

  • Об Уфе по-новому

    “Беда стране, где слишком многие люди думают о политике. Честные люди, слишком много думая о политике, невольно отстраняются от…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments